Гимн человеческой трусости, или Жизнь как дуэль с судьбою через платок - Читай-квартира

Гимн человеческой трусости, или Жизнь как дуэль с судьбою через платок

Юрий Поляков, «Любовь в эпоху перемен» (2015)

любовь в эпоху перемен
Это история о сложных отношениях главного героя с тремя главными женщинами его жизни

 

…на честные деньги жить неинтересно и утомительно.

…теперь, блин, демократия: не нравится власть — не выбирай. Она сама себя выберет.

…старость — это когда понимаешь: жизнь уже не может измениться, она может только закончиться.

…Веня заведовал в «Мымре» отделом литературы, сочинял стихи и даже, по слухам, имел отношение к очень большой литературе: его первая жена ушла от него к Бродскому.

…большинство людей живет в прошлом, а в настоящем только едят, спят и сидят на унитазах.

…Все, будто зачарованные, повторяли: «так жить нельзя». И чем лучше человек жил, тем невыносимее страдал.

…В отличие от отца, парень оказался на редкость тупым, природа на нем даже не отдохнула, а просто вырубилась.

 

…— Маринка пьет?

   — Пьет.

   — Береги ее! Пьющая жена — залог свободы.

           

…Дважды Сёма заносил ментам, чтобы не открывали дело. Закон в России не так суров, как дорог.

 …— А если от митингов зависит будущее страны?

   — Если будущее зависит от митингов, это катастрофа

Ну хорошо же сказано, правда? Юрий Поляков узнаваем вот по таким фразам, выражениям, умозаключениям. Не скажу, что он прям-таки современный Михаил Евграфович, но что-то сатирическое в нем есть.

застойные годы СССР
Унылые 80-ые, когда надежда почти умерла

«…Но бесился он не из-за воровства, которое стало в Отечестве чем-то вроде обмена веществ в организме. Казалось, перестань люди воровать, брать взятки, откатывать — все сразу остановится, замрет: заводы не будут дымить, поезда стучать по рельсам, самолеты не смогут взлетать и садиться, банки торговать деньгами, а танки вращать башнями, целясь во врага…»

«…Избиратели с пониманием кивали, они-то знали главу как лютого взяточника, давно перешагнувшего черту, отделяющую здоровое русское мздоимство от клептомании…»

Я  познакомилась с творчеством автора в 80-ые. Тогда в журнале «Юность» была опубликована его повесть «Сто дней до приказа», я по ней писала выпускное сочинение и довольно неплохо справилась. Потом были «Парижская любовь Кости Гуманкова», «Апофегей» и что-то еще. А потом была «История любви» Эрика Сигала, которую я прочитала в переводе Полякова. И я тогда, как сейчас помню, подумала, что не может плохой человек так  хорошо переводить такие хорошие истории. И с тех пор моя любовь к  нему приобрела безусловный характер, просто по умолчанию, хотя не любить было за что, но я выбрала любить — несмотря и вопреки.

перестройка
Когда началась перестройка, все встрепенулись и поверили…

Чтобы принять, понять, прочувствовать или как минимум смириться с «Любовью в эпоху перемен», нужно или лично захватить закат СССР, перестройку и 90-ые (приметы времени будут давить на ностальгию), или работать в СМИ (мало что изменилось и с тех пор, и с той сути), или хотя бы раз в жизни сделать что-то, что сломает твою жизнь к чертям, только ты это поймешь не сразу (а вот это любимое развлечение многих).

Впрочем, если вы просто любите истории, которые помимо основного сюжета по совместительству являются бытовой и общественно-политической энциклопедией в миниатюре, то добро пожаловать.

«…А после 1991-го люди сникли, разуверились, отупели, выживая, и не стало проектов скорейшего процветания, безумных идей блаженной справедливости, замысловатых подпольных изобретений. Ничего не стало. Слишком жестоким оказалось разочарование. Даже жалуются теперь в газету редко: не верят, что помогут. Несправедливость стала образом жизни…»

любовь в эпоху перемен
«Я хотел написать рассказ о странностях любви, а когда стал работать, то пришлось описывать время, в котором происходят события…» (Ю. Поляков)

На страницах сего произведения вас встретят режиссер Хохолков, радиостанция «Эго Москвы», фокусник Тигран Амакян, народная певица Евстигнея, премия «Золотая миска», тенор Колбасков, телеведуший Вован Пургант, уже погибший журналист Чехочихин. Также есть версия, что в героях романа Поляков вывел Владислава Суркова и Бориса Березовского. Всё очень узнаваемо — время, настроения, люди, ощущения, вот эти все 80-ые, 90-ые, 2000-ые. И между ними — маленький человек, которому не хватило смелости быть счастливым.

«Любовь в эпоху перемен» — это грустный фельетон про время,  в которое сначала веришь, а потом об него ломаешься. Это про работу, в которую ни черта не веришь, но так же больно ломаешься и об нее тоже. Это про человека, который стремился быть героем, но как-то не получилось — доспехи вовремя не подвезли, пулемет уже кто-то другой закрыл своей грудью, будильник забыл завести, да и вообще одни подвиги уже все разобрали, а другие еще не подвезли.

 

90-ые
Когда пришли 90-ые, все сникли и разуверились…

И он вроде бы не отказывается от своих героических намерений, но как-то всё…  Не создала для него судьба подходящих для героизма условий.  Он так думает. Ему хочется так думать. Потому что на самом деле единственная причина, по которой он еще не герой, да что там — герой, по которой он еще не приличный человек, с которым и которому не стыдно — вот она, на поверхности. Он трусоват. Впрочем, к черту условности — он трус. Да, у него хорошая должность — главный редактор популярного печатного издания. Он в свое время удачно женился, и даже по любви. Есть женщины, которых он любит. Наверное. Есть женщины, которые его любят. Опять же — наверное. Но он несчастен. Потому что счастье — это когда тебе не стыдно за то, как ты живешь, где работаешь и с кем спишь.

И его жаль. Презрительно жаль. Слишком поздно человек понимает, что удобно — не значит счастливо. И слишком мало он отводит себе времени, чтобы успеть что-то изменить. Все, что раньше блестело — заляпано, все, что волновало — вызывает тошноту, все, что имело ценность — валяется под ногами. Страна развалилась, друзья предали, любимая когда-то женщина спилась. Зачем человек жил свою жизнь? Чтобы что? Вот и сам человек не в силах ответить на этот вопрос. Он его и задать-то не в силах.

«…Зою он забывал постепенно. Рана любви заживала долго. Сначала болело постоянно, всегда, каждую минуту. Потом, вспоминая о ней, он вздрагивал всем телом, словно от удара широкого отцовского ремня, и слезы обиды сыпались из глаз. Чувство непоправимой потери мучило и мешало жить…»

Юрий Поляков
Юрий Поляков, писатель, поэт, драматург, киносценарист и общественный деятель.